RSS В контакте Одноклассники Twitter YouTube

Курсы валют

1 USD67,18071 EUR76,720410 CNY98,0454100 JPY60,7119
Ясно +11°C
5:17 вторник
21 августа 2018
На ваши вопросы отвечают:
На вопросы отвечает руководитель Забайкальского центра инжиниринга Игорь Канунников Задать вопрос Игорь Канунников Вопросов: 6, Ответов: 6
На вопросы отвечает начальник отдела налоговой службы Елена Астраханцева Задать вопрос Елена Астраханцева Вопросов: 10, Ответов: 10

ПО ТУ СТОРОНУ ВОЙНЫ

Версия для печати

Кто говорит, что на войне не страшно...

 В середине 1980-х мне довелось встретиться с Почётным солдатом Забайкальского военного округа, Почётным железнодорожником, легендарным разведчиком Сергеем Ивановичем Матыжонком у него дома, в посёлке Карымское. Он встретил меня со сдержанным радушием, посетовав, мол, сколько можно обо мне писать. И книга уже давно написана – «Путь разведчика» Сергея Зарубина, и в газетах разных много раз рассказывали о нём. Однако на беседу со мной, корреспондентом газеты «На боевом посту», Сергей Иванович любезно согласился.

Он остался в моей памяти таким – высоким, худощавым, с пытливым взглядом серых, не раз смотревших смерти в лицо, глаз.

 – На мне ведь места живого нет, –  с грустной улыбкой говорил Матыжонок. – И пулевые отметины, и ножевые, и овчарки немецкие меня рвали...

 Он был фронтовым разведчиком и более 70 раз ходил в расположение противника, захватив 25 «языков». Среди них была особо важная «птица» – командир танковой бригады генерал-майор фон Штиммер.

 Мой собеседник рассказывал о памятных эпизодах «своей» войны и мрачнел лицом – нелегко ему давались эти воспоминания.

 В одну из очередных вылазок в стан врага группа разведчиков попала под обстрел гитлеровцев. Без потерь не обошлось – погиб один из разведчиков – Николай Тимофеев. Это случилось на нейтральной полосе, откуда вытащить его нельзя было. Все бы полегли под огнём противника. Лейтенант Воронцов приказал уходить. Но разведчики в течение четырёх суток ходили к той проклятой «нейтралке» и всё-таки вытащили товарища, несмотря на то, что немцы заминировали его тело. После Николая похоронили, как полагается, со всеми воинскими почестями.

 Вспомнил ветеран, как холодной мартовской ночью просидела группа разведчиков более четырёх часов в ледяной воде одной белорусской реки. Со стороны немцев постоянно взлетали осветительные ракеты и нельзя было выбраться на берег. К утру фрицы угомонились. Разведчики пробрались в стан врага и захватили «языка».

 А однажды командир разведвзвода, 20-летий старшина Матыжонок почти попрощался с жизнью, когда раненый уходил от противника, пустившего по его кровавому следу овчарку. Немцы не сомневались в том, что раненый солдат в маскхалате не уйдёт, загнанный в болото и расстрелявший все патроны. Но Сергей собрал все силы в кулак и перегрыз горло набросившейся на него овчарке. Тогда он вернулся к своим.

 В последние дни войны наши войска штурмовали Кёнигсберг, и храбрый старшина, несмотря на шквальный огонь противника, одним из первых добежал до укрепления немцев и увлёк за собой бойцов, захватив его. После этого он вновь возглавил группу солдат и в уличном бою захватил центр вражеской крепости, блокировав гестапо Кёнигсберга. Ни один гитлеровец не ушёл тогда живым.

 За этот подвиг старшина Матыжонок был представлен к ордену Славы первой степени.

 В ту встречу вспомнил Сергей Иванович о том военном времени и неожиданно для меня продекламировал стихи Юлии Друниной:

Я столько раз видала рукопашный,

Раз – наяву. И тысячу – во сне.

Кто говорит, что на войне не страшно,

Тот ничего не знает о войне.

 Мне, ещё в детстве прочитавшей книгу о подвигах разведчика Сергея Матыжонка, показалось странным, что он вспомнил эти знаменитые строки фронтовой поэтессы.

 – Вы же были таким смелым, столько раз ходили в разведку! Неужели Вам было страшно на войне?

– Страшно, дочка, очень страшно было. Но надо было бить врага, иначе бы мы не победили.

 На всю жизнь запомнила я эти слова легендарного разведчика. И поняла, что в этом-то и кроется главный секрет непобедимости нашего народа в той кровопролитной войне. Преломив страх, он окреп своим духом, верой в победу над врагом. И победил.

 Войну Матыжонок закончил в Германии. Был участником Парада Победы в 1945 году в Москве. За мужество и героизм награждён тремя орденами Красного Знамени, Славы 2-й и 3-й степеней, Красной Звезды, Отечественной войны 1-й степени.

 В мирное время работал бригадиром осмотрщиков вагонов в производственно-техническом отделе железнодорожного депо станции Карымская. Трудовые достижения ветерана войны также были отмечены высокой наградой Родины – орденом Октябрьской революции.

 Но самая дорогая награда для этого замечательного человека – добрая, заслуженная память земляков. Одна из улиц родного посёлка Сергея Ивановича Матыжонка сегодня носит его имя. А в минувшем году на станции Карымская был открыт памятник отважному старшине-разведчику.

Война прошла сквозь сердце

 Среди фашистов, особенно после перелома в Сталинградской битве, была популярна легенда о непобедимости русского Ивана, его былинной силе и храбрости. Иван Павлович Иванов, коренной забайкалец, как никто другой, соответствовал этой легенде.

 В первые же дни войны он был на фронте. До этого с сентября 1940 года служил в рядах Красной армии. С тяжёлыми боями полк Иванова отступал под напором хорошо вооружённых немцев. Это было самое горькое время войны, когда приходилось сдавать города и селения фашистам. Неизвестно, что было тяжелее – чувствовать свою беспомощность под жёстким натиском врага и терять боевых товарищей в кровопролитных битвах, либо вынужденно оставлять фашистам родную землю, детей, матерей.

 Но час возмездия наступил, когда, наконец, война повернула свой карающий меч против врага. Сержант Иванов, командир топоотделения 1034 артиллерийского полка 127 стрелковой Чистяковской Краснознаменной дивизии, после тяжёлого ранения в 1942 году вновь вернулся в строй и воевал против гитлеровцев до полной победы.

 В январе 1945 года наши войска вели уже сокрушительные для врага бои на польской земле. 23 января во время наступательных действий дивизии сержант Иванов и старший сержант Андрющенко были направлены в разведку на территории фашистов. Под покровом ночи бойцы проникли в расположение немцев в районе лесозавода вблизи села Строкуня. Разведчики подползли к полуразрушенному зданию завода и в ярком свете костра, разожжённого на полу, увидели внутри гитлеровцев.

 – Я иду первым, ты меня прикроешь, – принял смелое решение сержант Иванов.

Он вихрем влетел через разлом в стене на территорию завода: «Хенде хох!».

Немцы растерялись, увидев перед собой русских солдат. Старший сержант Андрющенко подоспел вовремя. Разоружив 52 фашистов, храбрые бойцы доставили их в военную комендатуру города Остров.

 За этот героический подвиг Иван Иванов был представлен к ордену Красной звезды.

Вспоминая другой эпизод из своей фронтовой биографии, Иван Павлович не мог скрыть слёз. Его полк, преодолев сопротивление гитлеровцев, вступил в Берлин. Столица фашистской Германии встретила забайкальца дымом пожарищ, оскаленными клыками полуразрушенных домов, редкими прохожими женщинами и детьми, с ужасом смотревшими на усталых бойцов.

 Проходя со своим подразделением мимо одного из домов, Иван услышал тихий стон. Прислушался, стон повторился. Явно плакал ребёнок. Иванов не стал раздумывать, попросив товарища посторожить его, а сам бросился к развалинам дома. Он увидел маленькую девочку лет пяти-шести, которая прижалась к стене, прикрывая рукой плечо. Иванов увидел, что из-под грязных детских пальцев сочится кровь. Ранена.

 Сержант подхватил девочку на руки, а она прижалась к его груди, обняла за шею. Когда он вышел из развалин, товарищ отшатнулся:

 – Иван, ты что, спятил? Зачем спасаешь фрицевскую девчонку? И куда ты с ней? Своих надо догонять. Они-то наших не жалели.

– Она не виновата, видишь, ранена? Слава Богу, кажется, легко. Надо найти её мать.

 Иванов увидел невдалеке женщин, которые с изумлением смотрели на него. Сержант махнул им рукой, мол, подойдите. От нестройной кучки женщин отделилась одна и побежала к Ивану. «Мутер?» – спросил он. «Я, я!» – заплакала молодая немка и протянула руки навстречу дочке. Но девочка ещё крепче прижалась к груди сержанта и замотала головой. Девочка доверчиво и светло смотрела на него. Слёзы подкатили к горлу Иванова, бывалого солдата, не раз смотревшего смерти в лицо. «Данке, данке шён!» – горячо благодарила его немка и тоже не могла скрыть слёз.

 После войны Иван Павлович Иванов вернулся в Забайкалье, в родную Читу. Здесь родились и выросли его дети, внуки и правнуки. В течение многих лет он работал в профсоюзах.

 Прошло уже немало лет с той памятной встречи с Иваном Павловичем Ивановым, но я до сих пор не могу забыть о ней. И сегодня я невольно представляю себе эту волнующую картину – живое воплощение знаменитой скульптуры советского солдата с немецкой девочкой на руках в Трептов-парке в Берлине. Словно скульптор подсмотрел эту картину в полуразрушенном Берлине в один из майских дней 1945 года и воплотил её в могучую идею воина-победителя.

 

Автор: Надежда Гуменюк
Опубликовано: 09 мая 2018 г.
Система Orphus

Добавить комментарий



^