Пьеса «Шут Балакирев»: О жизни, царе и нецензурной лексике

75-й юбилейный сезон Забайкальского краевого драматического театра начнется с премьеры спектакля по пьесе Григория Горина «Шут Балакирев». Сложное и глубокое произведение способно оставить отпечаток в каждом зрителе. Ложь и предательство, юмор и надежда – все как в жизни, вечные вопросы, остающиеся без ответов.

О том, почему Горин, что такое простонародное слово и кто должен играть царя, корреспонденту «Забинфо» рассказал режиссер и художественный руководитель Сергей Юлин.

- Сергей Александрович, почему решили открывать сезон с пьесы Григория Горина «Шут Балакирев»?

- Потому что пьесы Горина и до этого ставились у нас. Это и «Легенда о Тиле», и «Поминальная молитва». А пьеса «Шут Балакирев» мне давно нравилась. Но она меня слегка останавливала из-за того, что в ней содержится ненормативная лексика. Сейчас эта пьеса в репертуаре нужна. Действия в пьесе происходят на переоценке. Поэтому эта лексика и используется. Ведь не тому должны смеяться и удивляться великие мира сего, а они смеются и удивляются обыкновенным бранным словам.

- Пьеса сегодня актуальна?

- Здесь все актуально. В пьесе Петр, когда встречается на том свете с Иваном Балакиревым, задает интересный вопрос: «А как ты здесь оказался?» Балакирев отвечает: «Да, как-то так». «А ты что, самоубийца? Да, плохо я вами руководил, плохо я вами правил, что вы убиваете друг друга. Относитесь друг к другу, как животные», - ответил царь. А что сейчас происходит, например, на Украине? Свои же убивают своих. Ради чего все это делается? Значит, что-то в головах ненормально, значит, чувство нежности и любви к человеку куда-то пропало. Во имя чего они воюют? Непонятно. Просто убивают. В пьесе об этом как раз и идет речь. Смысл в каждой фразе Петра 1.

Если государственные вопросы решаются так, что люди умирают от голода и ничего не происходит, тогда все очень плохо. Пьеса затрагивает практически все пласты человеческой жизни.

Почти все пьесы, которые вышли из под пера Горина, становятся классикой, и они актуальны всегда. Также и «Ревизор» Николая Гоголя. Чиновники, ревизоры и городничие всегда будут существовать. Как бы вы их не назвали, в любом веке это тема вечная – казнокрадство, взяточничество, ложь, всё актуально. Горинская пьеса такая. Сюжет также можно переложить на наше время. Покажи не Петра Первого с Екатериной, а любого президента и его жену, покажи двор при них, всё будет то же самое. Спустя годы и десятилетия всё таким и останется.

- На какого зрителя рассчитан спектакль?

- В пьесе используется ненормативная лексика, но я бы ее назвал больше простонародной. На сцене никто не матерится, просто есть старые слова, которые сегодня в жизни мы стараемся заменить более литературными. Но в спектакль нельзя вставлять аналоги. Появится иной взгляд, иная эстетика, и если всё менять, то получится совершенно другой спектакль, поэтому мы поставили рекомендацию «16+». Всё же после 16 лет люди способны воспринимать такие вещи. Хотя, сейчас подростки знают больше, чем молодежь моего возраста.

- В сравнении поколений современное и, например, 20 лет назад, изменилось ли отношение к нецензурной лексике?

-  Раньше лет 20 тому назад такой нецензурщины не было. Я не говорю про книги и кино. Даже в быту и на улице редко было услышать бранные слова. А сейчас идешь и бывает сплошняком один мат, особенно, если проходит группа молодых ребят, иногда просто уши вянут. И никто не одергивает. Вот приняли закон, но я не знаю, насколько он действует. Я не приверженец, чтобы хватали за каждое слово и сажали. Культура в другом, в семье. Люди, которые посмотрят спектакль, может, задумаются, спросят себя «а может, и мы виноваты, потому что всё идёт от семьи, от школы». Ведь как общаются в семье, так общаются и дети. Не страшно, если подросток сказал какое-то нецензурное слово, главное, что за этим стоит. Может, он бездумно бросил, а если это уже такая установка, то очень плохо.

- Чтобы изменить ситуацию, нужно начинать с семьи?

- Конечно. Сейчас принимаются только административные меры и устанавливаются штрафы. Не знаю, надо это или нет, но, по-моему, тут необходимо рассматривать вопрос глубже – в семье, в воспитании. Например, если учитель действительно соответствует этому слову, если он заинтересован в том, чтобы дети, которых он учит, были грамотными, культурно говорили и понимали материал, который дается, тогда это действительно учитель и дети будут любить его. А ведь часто слышишь, когда учитель один раз ответил на вопрос, а кто-то из школьников поднял руку и попросил повторить еще раз, а он поворачивается и говорит, «а это уже твои проблемы, плати деньги, я буду с тобой дополнительно заниматься». Так место этим учителям в школе? Поэтому и выходят такие вот подростки.

Они смотрят на примеры вокруг: «если учителю ничего не надо, то почему мне это надо». И все это накручивается, от семьи, от школы. Или если ребенок в семье не воспитывается примером родителей: ему говорят это не хорошо, это нельзя, а сами поступают как раз наоборот. Но ведь ребенок все прекрасно понимает и успешно копирует поведение родителей, то есть, лицемерит. Дети часто видят наплевательское отношение, от этого всё и происходит.

- Часто можно слышать, что нецензурная лексика – второй родной язык русского человека, это правильно?

- Нет, конечно. Город и деревня раньше особо не отличались, да тогда и разговаривали, как могли. Но мы не можем все это переносить из поколения в поколение и продолжать так говорить. Я знаю, что и сейчас в деревнях без «матерка» никак. Ради бога, живите и говорите. Но всё же в городе так нельзя, здесь всё должно быть иначе. Но не так, что все сделать якобы «культурным», а потом отойти за угол и начать материться. Нет, это должно быть по-настоящему, в крови.

- Тем более, русский язык настолько богат.

- Конечно, как, наверное, никакой. Но Россия – страна крестьянская. Может быть, действительно, ненормативная лексика была когда-то неотъемлемой частью.

- Какую реакцию ожидаете от зала?

- Даже не знаю. Двоякое ощущение. Во-первых, как примут спектакль в творческом начале – понравится – не понравится. Какие-то вещи из спектакля мы убрали, но все равно что-то осталось в намеках. Поэтому как к этому отнесется читинская публика, которая не привыкла к таким «смелым» театральным постановкам, не знаю. Во-вторых, у нас в театре, в основном, были литературные постановки. Думаю, этот спектакль будет несколько выходить из привычных рядов. Хотя, пьеса прошла по всей стране, причем давно. Пьеса довольно известная и никто ее не запрещал. Её просто стоит посмотреть и попробовать сделать свои выводы.

- Трудно было распределить артистов по ролям?

- Нет, когда я ее прочел, сразу понял, кто кого будет играть. Наша труппа как-то хорошо распределилась по пьесе. Например, сразу понял, что Петр Первый – это Алексей Заинчиковский. Во-первых, он высокий, да и по внутреннему актерскому содержанию он идеально подходит. Также сразу понял, что Екатерину должна играть Светлана Зоргаф. Сложно мне не было.

- В персонажах можно узнать себя?

- Конечно, потому что пьесу писал современный автор, Григорий Горин, который хорошо знает современную жизнь. Он очень хорошо изучил это поколение. Естественно, узнаваемость будет. В пьесе всё очень знакомо, там есть и смешное, и драматичное, и есть то, о чем стоит подумать, поспорить и порассуждать. Ведь в нашей жизни всё совсем не просто и не однозначно.     

Приглашаем всех на просмотр! Премьера состоится 11 октября в 17:00.

 

ФОТОРЕПОРТАЖ





Эта статья опубликована на сайте Забайкальское информационное агентство
http://zabinfo.ru/